Навигация
Рубрикатор
Друзья

Фото-приколы, видео


Давайте дружить?
ICQ:433125


Код нашей кнопки:



Рубрика:  повести

Данилов и К. Слово капитана Часть1-3

Автор: coperplat
опубликовано: 29/06/2008 03:16
Статистика: Cр. балл: 0.00, голосов: 0, просмотров: 724, рецензий: 0

Добавить данное произведение в ИзбранноеДобавить в Избранное   Добавить автора в список ДрузейВ Список Друзей    Написать автору личное сообщениеНаписать автору   Версия для печатиВерсия для печати
Сквозь щель двери я увидела мужчину, с которым разговаривала Изабель. Он вышел в коридор, и его растерянное лицо не ускользнуло от моих глаз. Это был ирландец Вильям Керри. Мгновенье, он стоял возле захлопнувшейся за ним двери, с досады покусывая губы, а потом быстро удалился.
И так ирландец! Тайна, которая передо мной приоткрывалась, лишила меня покоя. Какую роль Вильям Керри играет в судьбе девушки? Что послужило причиной их ссоры? Эти вопросы не давали мне покоя и ломая над ними голову, я так и не смогла до утра сомкнуть глаз.
С первыми лучами солнца, я покинула свою каюту и заняла пост в конце коридора. Я была полна решимости, во что бы то ни стало, во всем разобраться.
Расположившись так, чтобы была видна дверь каюты ирландца, я принялась ждать. Увы, уже через несколько минут, мне пришлось покинуть свое место, и причиной тому были первые пассажиры. Они спешили на палубу, чтобы заняться утреней зарядкой и мое одинокое пребывание здесь лишь вызывало у них недоумение. Еще… еще мы в это утро прибыли в порт Сафагу.
Мысль, что достаточно будет увязаться за Изабель Вернье, которая непременно сойдет с корабля на берег, была вполне своевременна. «Где будет она, - думала я, - там будет и Вильям Керри. Так я и поступила.
Уже к десяти утра, я сошла по трапу на берег и не упускала девушку из виду.
День был благоприятен для прогулок; на небе не было ни единого облачка и во всю светило солнце. Местные жители суетились, как рой пчел возле корабля, желая сбыть нам свой нехитрый товар, по баснословным ценам.
Избавившись от нескольких назойливых торгашей, я чуть не упустила из виду Изабель Вернье, которая взяла такси, и поехала на городской рынок.
Услыхав адрес, я поспешила туда же. Что же я увидела, когда вступила на территорию рынка? О, я обнаружила, что за нею так же увязался Джеймс Броуди. По началу мне казалось, что я ошибаюсь, но, петляя по переулкам шумного рынка, по обеим сторонам которого были расположены лавки и лотки, заваленные разнообразным товаром, я обратила внимание, что американец неотступно следует за девушкой
Поднимаясь на цыпочки и отпихивая голосистых торговцев, он по верх голов плотной толпы высматривал ее милую головку, с настойчивостью мощного тарана берущего приступом не преодолимую преграду, усиленно работал локтями, быстро сокращая дистанцию.
Я тоже старалась не отставать от них. Правда, мне стоило это больших сил, ибо я уже сожалела, что не сменила свой туалет, не последним изяществом, которого были туфли на высоком каблуке, на спортивную и удобную для подобных прогулок одежду.
Слава Богу, мой марафон закончился. Изабель Вернье посетила небольшой магазинчик, витрины которого были украшены изделиями из серебра и бронзы, восточная вязь инкрустаций которых, привела меня в изумление своим высоким мастерством.
Облюбовав место возле одного из лотков с разноцветными платками, я оказалась в достаточно выгодном положении. Выгода его была в том, что я видела и магазин и мистера Броуди. Причем, американец стоял в метре от меня, за моей спиной, так что заговори он с кем-либо, я могла бы слышать их разговор: оставаясь при этом не узнанной. К тому же дверь магазина отражалось в большом зеркале, которое стояло на столе торгаша.
Одного я не учла. Мое бесцельное стояние возле платков, возбудило у торговца интерес к моей персоне.
Не говоря ни слова, он подбежал ко мне с зеркалом и, схватив охапку самых ярких платков, накинул их мне на лечо. За тем, попеременно прикладывая их к моему лицу, он стал расхваливать их, будто это были лучшие платки во всем ближневосточном регионе. Мне оставалось только улыбнуться ему и воспользоваться той ролью, которую уготовил мне случай.
Настроив зеркало таким образом, чтобы видеть стоявшего за спиной американца, я, ожидая развития дальнейших событий, сделала вид, что любуюсь платками.
Надобно заметить, что события себя не заставили ждать. Некоторое время американец вертел головой: высматривая кого-то в толпе людей, потом кликнул на вид представительного молодца и, когда тот подошел, заговорил с ним вкладывая в слова, достаточную толику убедительности.
-- Эй, малый, - заговорщически начал он, припав к его уху, – есть ли у тебя несколько надежных товарищей?
-- Проверенных в деле? Вы это имеете ввиду?
-- Да.
-- А как же. Мне стоит только свиснуть, и они тотчас появятся возле меня.
-- О нет. Не нужно поднимать шума.
-- Но на что они вам?
-- Есть небольшая работенка.
-- Э-э-э, нет мистер. Вы обратились не по адресу. Я не привык работать и зарабатываю себе на жизнь иначе.
Это я и сообразил, глядя, как ты ловко шаришь по чужим карманам.
-- Что же вы хотите нам предложить?
Американец понизил голос до шепота и, не смотря на его предосторожность, мне удалось услышать все, что он сказал подозрительному субъекту.
-- Я с корабля Ротонда, дружище, что стоит в вашем порту и который сегодня вечером отчаливает в Италию. Со мной на корабле плывет одна девушка. Она сейчас находиться в этом магазине, - Броуди указал собеседнику на дверь и продолжал. – Нужно сделать так, чтобы она опоздала к отплытию и по возможности задержалась в вашем чудном городе до конца месяца.
-- Вот оно что, - почесывая черную копну волос и сморщившись, протянул незнакомец. – Дело конечно не трудное. Только для его осуществления, необходимы достаточные средства.
-- Даю вам тысячу долларов, - надеясь этой суммой ошеломить собеседника.
-- Вы смеетесь над нами, мистер. Да за такие деньги я и пачкаться не стану.
-- Сколько же вы хотите? Назовите вашу цену?
-- Десять тысяч и не центом меньше.
-- Вы сума спятили, - опешив, воскликнул американец. – Это же большущие деньги.
-- Что ж, - нагло скалясь, отозвался собеседник, - раз наша сделка не состоялась, мне все-таки придется свистнуть, чтобы позвать друзей.
-- Но зачем они вам?
-- Одному мне трудно будет с вами управиться, чтобы проводить в полицейский участок, где у меня много знакомых. Впрочем, мне кажется, друзья не понадобятся. Взгляните на лево, и вы увидите полицейского, который двигается в нашу сторону.
Американец дернул шеей и повернул голову в указанном направлении.
-- Одно мое слово мистер, и вы сегодня не попадете на корабль. Выбирайте – десять тысяч или сырой подвал полицейского участка.
Американец снова взглянул на несговорчивого собеседника, но от былой любезности, с которой он на него прежде смотрел, не осталось и следа. Глаза его стали холодными и колючими, голос задрожал от негодования.
-- Вы жестокий малый, дружище, и играете не по правилам. Будь мы не в Египте, а в какой-нибудь другой стране, я бы с удовольствием вам надрал уши.
-- Ни сколько не сомневаюсь, мистер. Вы совершенно правы. В другой стране, вы бы это сделали, но не здесь. В этом регионе ваше влияние ничтожно. От того я и пользуюсь случаем, чтобы доказать благожелательность к вашим напрасным потугам. В отличии от других, мы задешево не продаемся.
-- Что вы, там мелите?
-- Я хочу сказать, что нам есть, у кого поучится хорошим манерам. Так что не удивляйтесь тому, что я играю по вашим же правилам. А теперь поторопитесь мистер, полицейский уже близко. Вы выбрали решение?
-- Хорошо. Я согласен.
-- Тогда передайте мне деньги и считайте, что ваше дело уже сделано.
Броуди нехотя выложил своему собеседнику деньги и, когда это произошло, тот растворился в толпе.
Наверное, я подумала, так же, как и американец, что его лихо надули, однако я ошиблась. Спустя минуту, возле американца выросли четыре рослых фигуры.
-- Вот, мистер, - сказал главарь, представляя свою армию. Азиз умеет держать свое слово. С этими отважными парнями, я без труда выполню ваше поручение. А теперь мистер, опишите нам приметы девушки, о которой вы говорили.
В этот кульминационный момент, мой торгаш, заподозрив в моем поведении неладное, принялся ругаться и что-то громко кричать. Возможно, разочаровавшись во мне, он понял, что я ничего не собираюсь покупать, а может, у него просто-напросто кончилось терпение. Как бы там ни было, а через мгновение, возле меня образовалась толпа зевак.
Не желая усугублять и без того, свое незавидное положение, я схватила не самой удачной расцветки платок, выложила за него деньги и, боясь попасться на глаза Броуди, отошла в сторону.
Признаюсь честно, меня била сильная дрожь. О нет, причиной тому была вовсе не покупка платка, а то смятение, какое охватило все мои члены, когда я узнала, какое коварство уготовил для Изабель Вернье Джеймс Броуди.
Но почему он так поступил? Не ужели, он так же, как и Макмаер причастен к краже случившийся в каюте Изабель Вернье? И тут я чуть не расплакалась от догадки. Ну, конечно! Как же я сразу об этом не догадалась. Охватывая теперь весь пласт на корабле и на суше событий, я с уверенностью могла сказать, что разгадала – это таинственное дело.
Теперь у меня не было сомнений, что Джеймс Броуди, его жена Хелен, медиум Макмаер и ирландец Вильям Керри – члены одной шайки. Лихо, разыграв перед нами свое представление и используя нас в качестве статистов, они без особых препятствий выяснили в каком месте каюты Изабель Вернье, прячет свое сокровище, на следующий день похитили.
Но что это была за вещица? Об этом мне еще предстояло узнать. А пока, пока мне необходимо было спасать из беды Изабель Вернье. Все что я могла сделать, так это оставаться на своем месте, и следить за американцем и его сообщниками.
Я снова повернулась лицом к магазину. Броуди стоял на прежнем месте. Находясь между магазином и мною, он стоял в одиночестве, явно ожидая исполнение своего заказа. И хотя мне была видна только его спина, я безошибочно могла определить его настроение. Он был взвинчен до предела. То он без устали теребил мочку уха, то остервенело, барабанил пальцами по столешнице, расположенной возле него.
Прошло добрых двадцать минут, с тех пор, как сообщники Броуди скрылись за дверями магазина. И вот, полагая, что у магазина есть второй выход, я уже, было, собиралась в него войти, как вдруг на пороге появилась четверка негодяев.
Явно изнемогая от неудобства, они несли на плечах увесистый и скатанный в рулон ковер. Не было сомнений, что в его чреве находиться Изабель Вернье.
Провожая взглядом сообщников, направившихся к выходу из базара, Броуди повернулся в пол оборота, и я смогла увидеть его лицо. В нем читалось безраздельное недовольство скептика. Минуту он наблюдал за происходящим, потом развернулся и бросился в магазин проверять: не разыгрывают ли его. Задержись он еще на мгновенье на месте, ему бы не пришлось сомневаться в исполнительности Азиза и его товарищей.
Броуди уже скрылся в магазине и благодаря этой временной отлучке, выпавшая из задней части туфелька девушки, осталась ни кем не замеченной.
Теперь я уже ни сколько не сомневалась, что, сговорившись с хозяином магазина: Азиз и его сообщники, каким-то образом связали девушку, предварительно закрыв ее рот кляпом и теперь уносят, неизвестно куда.
Я быстро подобрала туфельку и спрятала ее в свою вместительную сумочку. «Что делать? Что делать? – заламывая руки, вопрошала я и тут же, отвечала: «Не выпускать из виду четверку негодяев». Джеймс Броуди мне уже был не нужен. Я уже в достаточной степени убедилась в подлости и коварстве этого человека, поэтому решила его не дожидаться.
Но когда я уходила, он сам появился. На его лице играла слащавая улыбочка, какие бывают у особ: лишенных моральных принципов, и которые для достижения цели, вершат самые гадкие поступки.
Таковым оказался и Броуди. Удовлетворившись проделанной работой, он не сомневался, что четверка негодяев сполна отработает заплаченную сумму денег и, побрел в противоположенную сторону, насвистывая какую-то мелодию.
Порой женщина бывает слаба и беспомощна: в действиях и остро нуждается в поддержке сильной стороны человечества. Я так же была в минуты преследования Азиза и его дружков слаба. Мне не доставало: моего отважного и предприимчивого Данилова. Где он сейчас? Не уж-то не чувствует мою тревогу и опасность нависшую над Изабель Вернье? О, холодное изваяние! О, глухое и высокомерное чванство! Я была зла на него, как никогда. И понапрасну.
Покидая базар, я увидела его в компании капитана корабля и его помощника. Они беспечно болтали и должно быть, направляясь на базар уже подумывали о каких-то подарках, которые привезут домой, но я расстроила их планы.
Времени на любезности не было, поэтому моя фамильярность и бесцеремонность к общепринятому поведению и этикету, была наглядным пособием – бестактности и скудности воспитания. Какое мне было дело до того, что и как обо мне подумают, когда ковер с Изабель Вернье уже погрузили на крышу машины и успели укрепить веревками.
-- Как хорошо, что я вас встретила, - хватая за руку Данилова и не удостоив даже взгляда капитана и его помощника, крикнула я, - пойдемте скорее.
Буквально вырвав Данилова из общества: мужей достойных уважения, я увлекла его за собой, оставив наших мореходов в недоумении.
Когда мы отдалились на значительное расстояние, где я полагала наш разговор останется для других тайной, я рванула замок сумочки и показала шефу ее содержимое.
-- Вот, - жалобно простонала я, видя, как машина с девушкой, срывается с места.
-- Туфелька Изабель Вернье! Ее похитили!
О мой сообразительный щеф! Он всегда все понимал с полу взгляда с полу слова. И в этой ситуации, он оказался на высоте. Он избавил меня от объяснений, на которые ушло бы много времени.
-- Да, - быстро ответила я со слезами на глазах, указывая рукой на машину с ковром на капоте.
-- Я должен был это предвидеть, - следя за машиной уносящейся к горам, злобно прорычал Данилов. – Но нас задержал Макмаер… Эй, такси…
Я тоже не осталась безмолвной и своим писклявым голосом, вскинув вверх руку, крикнула:
-- Такси.
Не знаю, как бы я повела себя в дальнейшем, окажись я одна, но в данную минуту я была воодушевлена мужеством Данилова и готова была помчаться с ним хоть на край света.
К нашему счастью стоянка такси располагалась по близости и была полна свободных машин. Уже через минуту, мы мчались по грунтовой дороге и поднимали за собою шлейф пыли. Мы мчались в надежде, что не упустим похитителей девушки.
Но, как известно у страха глаза велики и полагаю, что подозрительность в такие моменты бывает так же обострена до предела. И вот, косо поглядывая на шофера и полагая, что он может быть из шайки негодяев, или на их стороне, я шепотом спросила у Данилова:
-- У вас какое-нибудь оружие есть?
-- Да, - спокойно ответил он.
-- Парабеллум? - удивленно вскинув брови, спросила я.
-- Мозги - они наше оружие.
-- …Хитрость и находчивость, - догадавшись, спросила я.
-- Верно.
Такой ответ меня вполне устраивал. Будь на месте Данилова кто-то другой, я бы повела себя как трусиха, а так я даже приободрилась, чему была приятно удивлена.
Но сейчас пока мы неотступно следовали за бандитами, петляя по извилистой дороге, меня невольно занимал вопрос, что Данилов делал все это утро на корабле. Что означали его слова: «Нас задержал Макмаер?» Кого нас? И почему только Макмаер? Ведь шайка на корабле состояла из трех человек: Макмаера, Джеймса Броуди, Хелен и Вильями Керри. Не ужели мой шеф, все это время, пока я полагала, что занималась расследованием, тоже успел, что-то разнюхать? Подобная мысль меня порадовала и огорчила.
Конечно, бдительность моего шефа могла говорить о его природном таланте и все-таки, в этом темном деле мне хотелось оказаться в числе первых. Я хотела доказать Данилову, что тоже не лишена способностей в дедуктивном мышлении и могу пока с некоторой натяжкой, но все-таки раскрывать самые запутанные преступления.
Так теша свое самолюбие, я даже не заметила, как наша машина через пол часа остановилась за поворотом небольшого косогора. Метрах в двух ста от нас, на небольшом плоском каменистом плато, обрывавшемся у самой кромки моря, стоял дом с плоской крышей, с одной дверью и пустыми амбразурами вместо окон. Выстроенный из глинобитных кирпичей, двухэтажный дом был лишен изысканности и архитектурных линий и по своей простоте походил на обычный серый сарай. К нему вела неширокая дорога, усыпанная мелкими кирпичиками.
По моим быстрым наблюдениям, дом был не жилой и использовался, как логово бандитов. Похоже, наше внезапное появление обнаружено не было, так как из сарая никто не выглянул. Так же я заметила, что машина наших беглецов стояла в десяти метрах от дома, уже без груза, если ковер с девушкой вообще можно было обозначить таким словом.
Бог мой, я с трудом могла себе представить, что переживала в эти минуты Изабель Вернье. Лишь бы она была жива.
Пока я изучала обстановку, водитель по просьбе шефа, включил заднюю скорость и через мгновенье дом скрылся за каменной глыбой, оставив о себе самые мрачные впечатления.
Только к восьми часам, когда начали сгущаться сумерки, мы смогли предпринять вылазку, к дому, в котором прятали девушку. Эта необходимость была продиктована тем соображением, и даже уверенностью, что бандиты вооружены. Вряд ли наше появление и уж тем более требование отпустить Изабель Вернье, было бы принято с должным вниманием. Так же от нас была далека полиция. Впрочем, зная ее примитивные методы: нахрапистость и прямолинейность, мы решили положиться на свои силы и действовать на свой страх и риск.
И так, отпустив таксиста, мы огляделись. В четырех шагах от дороги, а точнее в скалистой гряде, похожей на неприступную крепость, мы заметили естественную ложбину, где могли укрыться от неприятельских глаз. Не мешкая и не теряя времени, мы перебрались в нее, ибо отсюда нас вряд ли кто мог увидеть.
И вот, ожидая если не поздравлений, то, по крайней мере, похвалы, я в подробностях рассказала Данилову о своем расследовании, но к моему разочарованию, не услышала из уст шефа ни того, ни другого. Более того, он заявил мне, что ни Хелен, ни Броуди, ни Вильям Керри в краже случившейся в каюте Изабель Вернье ни прямого, ни косвенного отношения не имеют.
-- Как же так? – возразила я, развернув перед ним всю версию разыгранного перед нами спектакля.
-- И все-таки Машенька, - внимательно выслушав, сказал Данилов, - вы глубоко заблуждаетесь и напали на ложный след.
-- Кто же стоял за всем этим? – с досадой воскликнула я. – Кто была та женщина, которая заглядывала в иллюминатор моей каюты?
-- О, - воодушевляясь воспоминаниями и загадочно глядя куда-то в даль, сказал Данилов, - эта история достаточно длинна, и в двух словах ее не рассказать.
-- Но у нас уйма времени, - возразила я. – Корабль снимается с якоря в 23 часа, так что можете смело рассказывать.
-- Что ж, - охотно согласился он, - времени у нас и в самом деле достаточно, но если вы полагаете, что мое повествование будет в стиле Александра Дюма, то должен вас разочаровать. Я совершенно не кудышный рассказчик.
-- Рассказывайте, как сумеете, - теряя терпение, потребовала я.
Данилов на мгновение задумался. Я увидела, как по его лицу пробежала тень: н

Оценить произведение и написать рецензию может только зарегистрированный пользователь

Нажмите сюда, чтобы войти в систему.
После авторизации Вы будете автоматически возвращены на данную страницу.
Если Вы находите это произведение противоречащим правилам нашего сайта, пожалуйста, сообщите об этом администрации
Ваши данные останутся анонимными. Спасибо за сотрудничество!



Меню автора
Логин: 
Пароль: 
Запомнить пароль
Забыли пароль?
Регистрация
Авторы
Авторы online:
В данный момент на сайте нет никого из зарегистрированных авторов

Новые авторы:
· stgleb · istina · Isaew · DarjaDarja · AndreiVorsin · KnYaZ · Sonya19 · Entei · delifin · ghet
Статистика
Всего авторов:
Активных авторов:
Произведений:
Рецензий: